В.Я.Гросул Россия Лондонская колония революционных эмигрантов и Кропоткин (70-80-е годы XIX в.)

"РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ, БОРЬБА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!"


В.Я.Гросул

Россия

Лондонская колония революционных эмигрантов и Кропоткин (70-80-е годы XIX в.)
К середине 1860-х гг. Англия перестала быть главным центром русской эмиграции, и эта роль на несколько десятилетий перешла к Швейцарии. Однако и в Англии, прежде всего в Лондоне, постоянно находилось большее или меньшее число русских революционеров, оказывавших определенное воздействие и на деятельность эмиграции, и на российское революционное движение в целом. Временами их роль заметно возрастала; одним из периодов такого усиления роли Англии стала середина 1870-х годов, когда эту страну посетил в первый раз Петр Кропоткин.
Получилось так, что в Англию переместился Петр Лавров, ставший главой нового революционного кружка, или, как его иногда называют в литературе, коммуны, издававшего в 1874 г. в Лондоне, а до того — в Цюрихе, непериодическое обозрение "Вперед!". В 1875–1876 гг. этот кружок издавал в Лондоне еще более известное издание — двухнедельное обозрение под тем же названием. Конечно, "Вперед!" не имел такого большого значения, как "Колокол" и другие герценовские издания, но в середине 1870-х годов это предприятие Лаврова было наиболее популярным революционным изданием, приковавшим к Лондону взоры революционной российской молодежи.
В августе 1876 г. на собрании эмигрантов в Лондоне было основано "Общество изданий «Вперед!»". В этом собрании приняли участие П.Л.Лавров, Я.В.Вощакин, А.Л.Линев, Л.Б.Гольденберг, Н.Г.Кулябко-Корецкий, А.Либерман, А.Ф.Таксис [1]. Собственно, эти люди и составляли тогда костяк кружка Лаврова в Лондоне, и от их имени Лавров и Линев поехали на съезд лавристов в Париже в конце ноября — начале декабря 1876 г.
Примерно в это же время в Лондон попал П.А.Кропоткин. Это было не первое его путешествие за границу: в 1872 г. он уже посещал Швейцарию, по дороге заезжая в Германию и Австро-Венгрию. На сей раз он пробыл за рубежами России более сорока лет. Сам Кропоткин вспоминал, что "не думал пробыть за границей более чем несколько недель или месяцев" [2], но жизнь распорядилась по-другому.
О первом пребывании Кропоткина в Англии сохранилось совсем немного материалов. Он высадился в Гулле, откуда отправился в столицу Шотландии Эдинбург, и лишь несколько позднее переехал в Лондон. Сам Кропоткин об этой странице своей биографии написал прежде всего в "Записках революционера", а кроме того — в незавершенной рукописи, опубликованной в сборнике, посвященном П.Л.Лаврову [3]. К сожалению, текст второй работы обрывается как раз на том месте, где Кропоткин приступил к знакомству с Лавровым в Лондоне. Тем не менее между этими двумя мемуарными произведениями имеются некоторые различия; кроме того, при всей краткости второго из них, они дополняют друг друга.
Живя в Англии, Кропоткин пытался прежде всего сотрудничать в английских журналах и газетах. Как он сам подчеркивал, он получал небольшие гонорары в журнале "Nature" и в газете "Times". Эти публикации пока в соответствующих библиографических указателях не отмечены [4]; известно только, что они касались вопросов географии. О контактах же с представителями русской революционной колонии в Лондоне Кропоткин ничего не пишет. Похоже, что их поначалу не было, и в "Записках революционера" он подчеркивает, что не собирался налаживать связи с издательством "Вперед!", поскольку намеревался вскоре вернуться в Россию и опасался, что его выследят шпионы, которые наверняка следили за редакцией [5].
Однако в незавершенных воспоминаниях о Лаврове Кропоткин по-иному объясняет свое нежелание контактировать с впередовцами: он подчеркнул, что первый номер журнала "Вперед!" "глубоко разочаровал нас" и даже перечислил, кого именно — Д.Клеменца, С.Кравчинского, С.Перовскую и других петербургских революционеров, рвавшихся к конкретной революционной работе и собиравшихся идти "в народ" [6]. В 1876 г. Кропоткин уже был правоверным анархистом и, естественно, не мог не расходиться идейно с лавристами. Похоже, что его желание жить самостоятельно, не вступая в отношения с впередовцами, объяснялось несколькими причинами: как идейными расхождениями, так и стремлением избежать слежки. Однако Кропоткин читал "Вперед!" и в Эдинбурге, и в Лондоне. В "Записках революционера" он вспоминал, что заходил в редакцию "Вперед!", так как в одном из номеров прочитал, что получено письмо на имя К., которого просили зайти за ним в редакцию. Кропоткин решил, что речь идет о нем, и это побудило его встретиться с впередовцами и с самим П.Лавровым, несмотря на то, что опубликованный перед этим некролог Бакунина вызвал его крайнее неприятие.
О сотрудничестве Кропоткина с русской лондонской колонией в первый его приезд в английскую столицу известно очень мало. Он сам сообщил, что скоро подружился "как с П.Л.Лавровым, так и с молодежью, набиравшею журнал" [7]. Собственно, этими сведениями и ограничиваются биографы Кропоткина [8]. Действительно, источников о первом пребывании его в Англии очень немного, но все-таки есть возможности не ограничиваться только мемуарами самого Кропоткина.
Прежде всего, кружок, группировавшийся вокруг Лаврова, кроме уже упоминавшихся лиц, включал В.Н.Смирнова, М.И.Янцына и несколько других революционеров, прибывших из России [9]. Кружок активно сотрудничал с революционными эмигрантами из других стран — К.Марксом, Ф.Энгельсом, П.О.Лиссагре, В.Врублевским и др. некоторые из членов коммуны оставили свои свидетельства о пребывании в Лондоне, в том числе и о прибытии сюда П.А.Кропоткина. В их числе следует упомянуть воспоминания Л.Б.Гольденберга, опубликованные еще в 1924 г., но обычно не используемые специалистами. Л.Гольденберг, вошедший в революционное движение еще в 1860-х годах, был очень информированным деятелем эмиграции, участвовал во многих предприятиях, обеспечивая техническую сторону революционных дел. Он был крупным электротехником и работал в лаборатории Яблочкова в Париже, а затем — у Эдисона в Америке. В своих воспоминаниях он пишет и о приезде в Лондон в 1876 г. П.А.Кропоткина. Гольденберг отмечает, что Кропоткин, как и многие эмигранты, бежавшие из России, приехал в Англию с расстроенным здоровьем: "его нервы были не в порядке, и он мучился мыслью, что его преследуют шпионы. Со временем, однако, он отделался от этого" [10].
Гольденберг писал также о сотрудничестве Кропоткина с английским журналом "Природа", а также об уровне познаний Кропоткина в английском языке. По свидетельству Гольденберга, Кропоткин мог читать и писать по-английски; более того, он писал свои вопросы на бумаге и ему отвечали таким же образом. В этом отношении воспоминания Гольденберга соответствуют воспоминаниям самого Кропоткина; следует учесть лишь то, что речь идет о 1876 г., в дальнейшем же Кропоткин овладел английским в совершенстве. И еще одно место в воспоминаниях Гольденберга должно обратить внимание исследователей: он подчеркивает, что "Кропоткин был частым посетителем "Коммуны", и Гольденберг находился с ним в дружеских отношениях [11].
Следующий раз П.А.Кропоткин приехал в Лондон в июле 1881 г., где участвовал в Конгрессе анархистов. На этот раз его визит в Англию был еще более непродолжительным, хотя поездка была ответственной, поскольку Кропоткину на конгрессе, проходившем с 14 по 20 июля, пришлось выступать с докладом [12]. Однако осенью того же года, после изгнания из Швейцарии, он вновь поселился в Англии и прожил в Лондоне около года. Это был период довольно интенсивных связей с лондонской русской эмигрантской колонией, и на нем мы считаем необходимым остановиться подробнее.
Англия как место пребывания русских революционных эмигрантов обладала рядом преимуществ и, вместе с тем, не меньшими недостатками. Важным преимуществом была определенная уверенность в завтрашнем дне в смысле личной свободы. Правительство Англии не выдавало царским властям политических эмигрантов. Да и аресты русских революционеров были делом редким и непродолжительным [13]. Русские политические изгнанники, во всяком случае до конца XIX в., пользовались определенным сочувствием английского общества. Правда, за определенную плату Скотланд-Ярд оказывал кое-какие услуги русскому посольству [14], но эта форма сотрудничества носила информационный характер и к репрессиям против русских эмигрантов в то время не приводила.
Но пребывание в Англии было связано и с немалыми трудностями. Жизнь здесь, особенно в Лондоне (а за его пределами русских эмигрантов в Англии практически не было), была примерно в два раза дороже, чем в Париже. Поскольку среди эмигрантов состоятельных лиц не было, а преобладали люди постоянно нуждавшиеся, это обстоятельство, конечно, не могло не влиять на выбор эмигрантами страны проживания.
Л.Гартман в конце 1880 г. писал даже о голоде в среде всей русской эмигрантской колонии в Лондоне [15]. Даже ему, получившему поддержку многих кругов общественности в разных странах, не удалось поправить свои материальные дела. По этой причине он в конце 1881 г. покинул Англию и уехал в США.
Тем не менее в Англии сложилась русская эмигрантская колония, часть членов которой проживала здесь довольно продолжительное время. Другие бывали наездами или жили здесь непродолжительное время. Наиболее известным деятелем лондонской эмиграции, проживавшим здесь до 1895 г., до своей внезапной кончины, был С.М.Степняк-Кравчинский. Видным деятелем революционного движения, также обосновавшимся в Англии, был Ф.В.Волховский. Жили здесь Н.В.Чайковский, Л.Гольденберг, А.Линев, А.Теплов и другие довольно известные участники народнического движения. Одно время в Англии жили П.Лавров и некоторые его соратники, так что временами здесь собиралось значительное число русских революционных эмигрантов.
При всех сложностях материального плана жизнь в этой, в то время наиболее развитой капиталистической стране, давала хорошие возможности для продолжения революционной деятельности и позволяла поддерживать хоть какие-то связи с Россией. Хотя Лондон перестал быть местом паломничества, как это было во времена Герцена, сюда все-таки приезжали видные русские общественные деятели, с которыми эмигрантам удавалось поддерживать столь необходимые им контакты с русскими людьми. Среди приезжающих были и люди, прямо связанные с русским революционным движением, — такие, как В.В.Берви-Флеровский или Е.Е.Лазарев.
В Англии издавалось много революционной литературы на русском языке — в этом отношении она была вторым по значительности центром после Швейцарии. Возможности для издания произведений русской бесцензурной печати здесь были гораздо шире, чем, например, во Франции или в Германии. В Лондоне имелись крупнейшие библиотеки. С.М.Кравчинский испытал восторг, когда впервые посетил Британский музей и обнаружил, что в его библиотеке имеются полные комплекты "Отечественных записок", "Вестника Европы", "Русского вестника", "Дела", "Русского архива", "Русской старины", всех министерских журналов [16].


На протяжении 1880-х годов заметно изменилась обстановка в английском общественном движении. В "Записках революционера" Кропоткин писал, что в 1881-1882 гг., когда он прожил в Англии около года, в рабочем движении наблюдалось явное затишье. Но уже через несколько лет ситуация заметно изменилась: вернувшись в Англию в 1886 г., он застал, по его словам, оживленное социалистическое движение, причем в полном разгаре [17]. Действительно, в 1880-х годах в английском социалистическом и рабочем движении произошли заметные сдвиги. Утеря Великобританией промышленной монополии, сложности экономического характера заметно повлияли на рост активности рабочих.
В 1884 году Демократическая федерация, существовавшая с 1881 г., была преобразована в Социал-демократическую федерацию. Ее особенностью было то, что в ее состав вошли не только марксисты, но и социалисты других ориентаций, например, анархисты. Наиболее видным деятелем федерации был Генри Гайндман. Была создана также Социалистическая лига, образованная теми членами Демократической федерации, которые не согласились с политикой Гайндмана. В лигу вошли К.Маркс, Э.Эвелинг, У.Моррис и др. [18]
Появились возможности для налаживания тесных связей между русской революционной эмиграцией и возродившимся английским рабочим и социалистическим движением. Русские эмигранты всегда дорожили поддержкой английской общественности, и это было хорошо известно еще со времен Герцена.
Чтобы знакомить английскую и европейскую общественность с событиями в России, а также для организации поддержки в борьбе с царизмом, был выработан план издания газеты на английском языке. Специальную записку по этому поводу написал Н.В.Чайковский [19]. Газету, правда, наладить не удалось, но все-таки русские эмигранты организовали свой печатный орган на английском языке "Free Russia", который скорее напоминал журнал. Он издавался с лета 1890 г. от имени "Общества друзей русской свободы", деятельность которого началась в конце 1889 — начале 1890 г. Не только редактором его, но и автором большинства статей был С.М.Кравчинский.
Таким образом, когда П.А.Кропоткин в третий раз прибыл в Англию, там была довольно активная русская революционная колония. Он активно включился в работу русских революционных эмигрантов и в то же время стал принимать участие в деятельности различных английских общественных организаций. Вместе с другим русским эмигрантом — Николаем Чайковским — Кропоткин вел пропаганду среди английских рабочих. Личный архивный фонд Чайковского, который поступил в Москву из известного пражского архива*, содержит ряд материалов о Кропоткине, позволяющих прояснить некоторые малоизученные вопросы его биографии. Дело в том, что находясь в Лондоне, Кропоткин не только сотрудничал с членами образовавшейся здесь русской колонии, но участвовал и в деятельности основанного здесь Славянского общества. Об этой организации в литературе нет почти никаких сведений; мало того, его смешивали с другой организацией, действовавшей в Лондоне и носившей примерно такое же название. Еще в 1870-х годах по инициативе Энгельса и Лиссагре было основано интернациональное общество лондонских эмигрантов, в которое вошли французы, немцы, поляки, русские и др. Каждая секция, создававшаяся по национальному или родовому принципу, избирала своего секретаря; секретарем Славянской секции был Л.Гольденберг. Но Славянское общество, функционировавшее в начале 1880-х годов, — это другая организация. Хранящиеся в фонде Чайковского протоколы заседаний Славянского общества позволяют разобраться в его составе, численности, в программе и действиях. Первый пункт устава общества формулирует его задачей освобождение славянских народов, а во втором предусматривается, что членами общества "могут быть все сочувствующие этой цели". Общество насчитывало примерно 20 человек — русских, поляков, чехов, евреев, сербов. Изучение материалов общества позволяет определить степень участия в нем Кропоткина и вообще пополнить наши представления о его жизни в Лондоне в начале 1880-х годов.
Впервые имя Кропоткина фигурирует в протоколе от 3 февраля 1882 г., в котором довольно подробно отражается одно из заседаний общества, посвященное подготовке массового митинга. На этом заседании Чайковский и Кропоткин предложили избрать президента на предстоящий митинг, обосновывая это тем, что "на митинг могут явиться враждебные элементы и расстроят все", что ими предпринято" [20]. По поводу этого, на первый взгляд, маловажного, вопроса возникла дискуссия, и один из членов общества — Сапер — высказался против избрания такого председателя, предлагая предоставить это самому собранию. Он подчеркнул также, что Славянское общество должно высказаться по поводу избиения евреев в России.
Из протокола видно, что Кропоткин играл на этом заседании довольно активную роль. Во-первых, он предложил обществу выставить кандидатуру председателя митинга, что и было принято собравшимися. Кроме того, Кропоткину было поручено разработать программу митинга. Он прочел проект резолюций, который был одобрен участниками заседания.
Митинг, о котором шла речь на заседании Славянского общества, состоялся 6 февраля 1882 г. в одном из больших лондонских залов. Кропоткин принял в нем активное участие. Представление о митинге дают архивные материалы, хранящиеся вместе с протоколами Славянского общества. Он был открыт в 9 часов вечера; председателем был избран Н.В.Чайковский, а секретарем — Сапер (оба — члены Славянского общества). Кропоткин выступил первым. Из краткого изложения его речи видно, что митинг был посвящен прежде всего еврейским погромам в России. Кропоткин остановился на причинах, побудивших русский народ подняться против евреев. Он видел их в страшном голоде, который охватил Россию. Народ, говорил Кропоткин, массами погибал голодной смертью. Русские крестьяне ели солому, тогда как торговцы за бесценок закупали в деревнях хлеб и вывозили его за границу. "Не против одних евреев восстал народ, — говорил Кропоткин, — а против богатых помещиков и эксплуататоров вообще". Свое выступление Кропоткин заключил следующими словами: "Еврейский пролетариат должен примкнуть к международному движению пролетариев всех стран" [21].
На митинге выступили также мисс Леконт, Сапер, Хоффман, Соломон, Чайковский. Примечательно, что именно Кропоткин огласил на русском и английском (которым он, видимо, владел уже гораздо лучше, чем в первый свой приезд в Лондон) резолюцию митинга. Резолюция была принята единогласно, и митинг закрыт в 11 часов, через два часа после начала.
Отметим, что сведения о Кропоткине имеются в материалах Славянского общества лишь за 3-6 февраля 1882 г., хотя протоколы исправно велись до середины 1883 г. Однако существуют и другие данные, позволяющие судить о связях Кропоткина с английской колонией русских эмигрантов и о его увлеченности русскими делами. Кропоткин принимал участие в деятельности "Красного креста" "Народной воли". В Лондоне он занялся распространением подписных листов среди английских сторонников русского революционного движения [22]; кроме того, он выступал несколько раз в Ньюкастле [23], Глазго, Эдинбурге.
Активность Кропоткина была столь значительной, что даже по дипломатическим каналам из Берлина летом 1881 г. были получены сведения о том, что он является шефом русских нигилистов [24]. Эти материалы в значительной степени опровергают утверждение Л.Дейча о том, что Кропоткин "своим соотечественникам, как жившим за границею, так и находившимся на родине [...] уделял мало внимания" [25]. В действительности русскими делами Кропоткин никогда не переставал заниматься. В 1881-1882 гг. им было опубликовано множество статей, посвященных общественному движению в России — не только на французском, но и на английском языке. Примечательна его статья "Русская революционная партия", появившаяся 1 мая 1882 г. в одном из лондонских журналов [26].
Живя в Англии, Кропоткин сотрудничал в ряде английских изданий, занимаясь популяризацией естественнонаучных знаний, о чем, среди прочего, свидетельствует его письмо П.Л.Лаврову от 7 июля 1882 г. [27]
Когда в 1882 году Кропоткин был арестован французскими властями, английские газеты весьма широко комментировали как сам судебный процесс, так и приговор. Товарищи Кропоткина по русской колонии в Лондоне исправно собирали эти публикации, а некоторые из них явно инициировали или даже были их авторами. Многие из этих вырезок и сейчас хранятся в наших архивах [28].
В 1886 г. Кропоткин вновь появился в Лондоне, но это уже не было кратковременное посещение. Здесь он осел на долгие годы. Сотрудничество его с находившимися здесь русскими революционными эмигрантами с конца 1880-х годов стало чрезвычайно разнообразным. Но это — совсем особая тема, на которую можно было бы написать весьма документированную книгу.

Примечания
1Итенберг Б.С. П.Л.Лавров в русском революционном движении. М., 1988. C.155.
2Кропоткин П.А. Записки революционера. М., 1988. C.368.
3Кропоткин П.А. Воспоминания о П.Л.Лаврове // П.Л.Лавров: Сб. статей. Пб., 1922. C. 439.
4. См.: П.А.Кропоткин (1842–1921). Библиографич. указатель печ. трудов. М., 1980.
5Кропоткин П.А. Записки революционера. C. 373.
6Кропоткин П.А. Воспоминания о П.Л.Лаврове. C.439.
7Кропоткин П.А. Записки революционера. C. 374.
8. См.: Пирумова Н.М. Петр Алексеевич Кропоткин. М., 1972. C.89.
9Сапир Б. "Вперед" 1873–1877. Dordrecht, 1970. T.1. C.57–58, 201–202.
10Гольденберг Л.Б. Воспоминания // Каторга и ссылка. 1924. № 5 (12). C.113–114.
11. Там же. C.114.
12Кропоткин П.А. Записки революционера. C. 421, 495.
13. В.Л.Бурцев, подвергшийся аресту в Англии, просидел в английской тюрьме полтора года и был выпущен на свободу летом 1899 г., но из Англии выслан не был. См.: Бурцев В.Л. В погоне за провокаторами. М.; Л., 1928. C.39.
14Киперман А.Я. Главные центры русской революционной эмиграции 70-х — 80-х годов XIX в. // Исторические записки. М., 1971. Т.88. C.279–280.
15. Там же. C.279.
16Таратута Е.А. С.М. Степняк-Кравчинский — революционер и писатель. М., 1973.
17Кропоткин П.А. Записки революционера. C. 423.
18. Подробнее о социалистическом движении в Англии в то время см.: Виноградов В.Н. У истоков лейбористской партии (1889–1900). М., 1965; Туполева Л.Ф. Социалистическое движение в Англии в 80-е годы XIX века. М., 1973.
19. ГАРФ, ф.5805 (Н.В. Чайковского), оп.2, д. 16.
*О судьбе пражского архива см. в прим. 3 к статье Дж. Слэттера в настоящем сборнике (прим. ред.).
20. Там же, д.124, л. 21об.
21. Там же, л.24.
22. Агентурные сведения о заграничных знакомых Кропоткина см.: ГАРФ, ф.730, д.1449, л.1-4.
23. Речь П.Кропоткина на митинге в Ньюкастле // Общее дело. Женева, 1882. № 50, авг.
24. ГАРФ, ф.102, 3-я эксп., оп.77, д.1333, л. 45.
25Дейч Л.Г. Русская революционная эмиграция 70-х годов. Пг., 1920. C.11.
26Kropotkin P. The Russian revolutionary // Fortnightly Review. 1882. 1 May. P.654–671. Статья имеется в личном архиве П.А.Кропоткина: ГАРФ, ф.1129, оп.1, ед. хр.376.
27Пирумова Н.М. Указ. соч. C.106.
28. ГАРФ, ф.5805, оп. 2, д.142, л.4–18.