Микеланджело Антониони - Китай Chung Kuo – Cina

"РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ, БОРЬБА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!"

Китай

Chung Kuo – Cina




 

«Мы не притворяемся, что понимаем Китай. Все, на что мы надеемся, — предоставить обширную коллекцию лиц, жестов, обычаев»

Микеланджело Антониони




В 1972, на самом пике Культурной Революции, китайское правительство пригласило Микеланджело Антониони и его команду провести в стране восемь недель. В программу входило посещение Пекина, Нанкина, Сучжоу, Шанхая и провинции Хэнань. Разумеется, режиссер, вырвавшийся из душной Италии и несколько охладевший к Америке, решил не упускать возможности посмотреть на закрытую от любопытных взоров извне страну. Результатом стал почти четырехчасовой документальный фильм в трех частях под названием «Китай — Срединное государство». 

Антониони сразу предупреждает зрителя, что снимает лишь то, что разрешили официальные власти. Однако иногда режиссер все же незаметно нарушает наложенные ограничения как истинный документалист. Даже с долей здорового хулиганства и бунтарства. Как европеец, Антониони имеет свой определенный багаж знаний о стране. Но постепенно, по мере дальнейшего путешествия по Китаю, итальянец отказывается от накопленного годами, буквально сливаясь с камерой и каждой клеточкой впитывая все новые и новые знания. С каждым шагом Китай становится все более непохожим на ту страну, образ которой засел в голове у большинства. Собственно в самом названии государства заключен обман. Страны «Китай» нет, ее выдумали европейцы, — есть Чжун Гоу, Срединное Государство, с 1949 года — Чжунхуа Жэньминь Гунхэго, Срединная Цветущая Народная Республика.

Антониони, для начала бросив короткий взгляд для проформы в сторону плакатных изображений вождей мирового коммунизма, переключается на простых жителей, их обычаи и традиции. Как европейца, привыкшего к достатку и обеспеченной жизни, Антониони удивляет быт простых людей. Одетые в недорогую одежду они не производят впечатления несчастных. Привыкший воспевать одиночество и непонимание у отдельных людей, Антониони долго привыкает к шумному и многолюдному Китаю. Здесь нет пресыщенности, многие с детской непосредственностью разглядывают итальянцев. Высокомерия тут и подавно нет. По сути, почти четверть тогдашнего населения Земли не имело тех заоблачных амбиций, что присущи горстке американских и европейских ханжей. Китайцы напоминают детей, для них, не видевших ничего другого, кроме своего хозяйства, крайне необычно все новое. Любопытство без единой тени враждебности. И это в стране, пережившей тиранию англичан и японцев.

Правители «Нового Китая» хотели подчеркнуть свои достижения, показать мощные заводы, правильно воспитанных граждан, искренне верящих в святость вождя, фабрики и верфи. Только все это Антониони пропускает фоном, по нескольку минут останавливаясь долгими планами на сидящих в кофейнях и столовых обычных людях, работающих в поле крестьянах, беззаботно смеющихся детях. Для последних заучивание и распевание патриотических песен — лишь очередная игра. Для взрослого населения коммунизм также напоминает игру. Китайцы с серьезными лицами рассуждают о делах Мао, выслушивая доводы собеседников. Но по их лицам видно, что больше всего людей интересует — когда надо сходить на базар или посеять семена в почву для хорошего урожая. Но при этом, китайцы с послушным и прилежным видом выполняют заветы великого Мао.

Когда Марко Поло побывал в Китае, он обнаружил, что здесь существует культура, обладающая уникальными знаниями и достижениями. Спустя несколько столетий уже Антониони оказался первооткрывателем этой удивительной страны. Да, именно первооткрывателем, постоянно удивляющимся и поражающимся. Будь то роды без анестезии, снующие туда-сюда рикши, маленькие парусники на фоне больших и современных кораблей. Древняя колыбель цивилизации, откуда в мир пришло уже столько обыденных для нас вещей. Именно не фабрики с заводами, заклеенные нелепыми революционными плакатами, а древние дворцы, самобытный театр с одной стороны и почтительное отношение к старшим, память о предках составляют исключительную ни на что непохожую культуру страны. Многие многовековые традиции даже коммунистические власти не смогли до конца искоренить и предать забвению. Стихийные крестьянские рынки, уважение труда предыдущих поколений, сила общины, сохранившей многовековые устои, — все это новым правителям не удалось скрыть от режиссера. Ибо невозможно скрыть сущность и облик, складывавшиеся веками. Неслучайно и название картины. Именно «Срединное государство», а не та нелепица, прикрепленная правящим классом. Это всего лишь накипь, которая со временем сойдет и забудется. 

Микеланджело Антониони не ставил задачи познать Срединное государство изначально. Его камера лишь зафиксировала то, что увидела. Китай так и остался закрытым и неизвестным миром, несмотря на кажущуюся доступность и открытость. Итальянец предвосхитил более глубокое познание Китая, как и положено талантливому художнику. Когда всемирная глобализация заявит о своих правах, мы увидим Поднебесную в более ярких тонах и оттенках. Все замеченное когда-то мимоходом итальянцем приобретет более глубокую трактовку. Трафарет заполнится. Театр расцветет в картинах Чжана Имоу, жизнь и мечты обычного трудового народа предстанут в документальных и художественных картинах Цзя Чжан Ке, а чувственный мир азиатов немного приоткроет Лоу Е. Но все равно каждый новый исследователь будет находить здесь нечто доселе неизведанное, то, на чем не остановилось внимание предшественников. Только более пристальный взгляд поможет увидеть кости тигра и сердца людей. Китай понемногу начинает просыпаться от многолетнего сна, все больше маня к себе странников со всего мира. Мечтающих пройти тропами итальянцев Микеланджело Антониони, Марко Поло и многих, многих других до них.

А пока зритель вместе с режиссером будет бродить по закоулкам древних городов, восхищаться красивым Шанхаем, окидывать взором необъятную Великую Китайскую стену и любоваться Сучжоу, так напомнившим итальянцу прекрасную Венецию.