Второе письмо Нестора Махно Малатеста

"РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ, БОРЬБА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!"


Второе письмо Нестора Махно Малатеста

Дорогой товарищ,
Я ждал, чтобы прочитать русский перевод вашего письма, прежде чем ответить вам в свою очередь. В своем письме Вы говорите, «перед тем как прибегать к аргументам, я даже могу сказать, что я и не думал этого делать», вы хотели бы, чтобы были изложены мои идеи об анархизме. Поэтому я буду объяснять эти идеи и, в то же время, причины, которые я отношу к слабости нашего движения.
Как и любой анархист, я отвергаю власти в целом, я противник всех организаций, основанных на централизме, я не признаю ни государство, ни законодательной аппарат, я убежденный противник буржуазной демократии и парламентаризма. Учитывая эту социальную форму, являющуюся препятствием к освобождению рабочих, я восстал против любого режима, основанного на их эксплуатации.
Так, анархизм для меня это революционная социальная доктрина, которая должна вдохновлять эксплуатируемых и угнетенных. Однако, по моему мнению, анархизм в настоящее время не обладают всеми средствами, для этого необходимо проводить хотя бы одно социальное действие; отсюда и болото, в котором мы находимся. И мы не сможем исправить ситуацию, оставив всё как есть.
Мы понимаем, как много мы хотим; насколько мне известно, я считаю, что анархисты не должны бояться отказываться от своих традиционных мнений, когда составляются логические заключения, которые вытекают из мыслей наших теоретиков. Например, возникает один вопрос. Нужно ли анархизму – и, следовательно, массе революционных рабочих – предусматривать постоянные организации, которые могут гарантировать полезные социальные функции, которые в настоящее время государство берет на себя; организации, которые должны быть инструментом, с помощью которого практическая политика может быть установлена в соответствии с анархическим идеалом? Или это роль рабочих синдикатов и сельскохозяйственных кооперативов или других лиц, которые, в их нынешнем виде, идеологически зависят от рода анархистских групп действий, которые существуют на сегодняшний день?
Я склонен верить, что когда-то этот изначальный вопрос был решен анархистами, а с другими, не менее важными, проблемами ещё столкнется наше движение.
В частности, анархисты должны в полной мере осознать, что Кропоткин подразумевает под выражением «общего права социального института» быть в состоянии определить, конкретно и в манере, соответствующей нашему времени, характер этих учреждений, чьи отношения с анархизмом нет необходимости доказывать.
Эти выводы будут иметь огромное значение не только для революционных масс в целом, но и для анархистов в частности, давайте не будем забывать, что 90% из нас никогда не рассматривали эти вопросы, поскольку ни Малатеста, ни Фор, ни один из наших старых товарищей не имел дело с этими проблемами и ничего не говорил о плачевном состоянии нашего движения. Этим товарищам оставалось сделать вывод, что все в порядке, и что анархисты готовы играть свою необходимую деструктивную и конструктивную роли в революции завтрашнего дня. Однако реальность совершенно иная: из года в год наше движение все больше и больше теряет влияние среди рабочих и, следовательно, оно становится слабее. Это правда, что некоторые теоретики «в наших российских кругах, в частности, сказали, что сила анархизма заключается в ее слабости, а слабость в своих силах», поэтому нет необходимости беспокоиться, если анархистские организации теряют свое влияние… Но при более внимательном рассмотрении это заявление выглядит совершенно глупым, это просто уклончивая формула, разработанная, чтобы успокоить болтунов, когда дело доходит до объяснения реального положения анархизма.Я считаю, что по-настоящему общественное движение, такое, каким я представляю себе будущее анархическое движение, не может иметь позитивную политику до тех пор, пока оно даёт себя организационным формам с относительной стабильностью, которые могут предоставить различные средства, необходимые для борьбы с различными авторитарными социальными системами. Именно отсутствие этих средств, что приводят к анархистским действиям – прежде всего в революционный период – и вырождается в своего рода местный индивидуализм потому, что, объявив себя врагами «всех конституций», анархисты, в целом, широкими массами уходят от них, так как они не вселяют никакой надежды на практическое достижение.
Для того чтобы бороться и побеждать, нам нужна тактика, характер которой должен быть выражен в программе практических действий. Только тогда, когда у анархистов будут такие программы, они смогут сплотить эксплуатируемые массы вокруг себя, и подготовить их к великой революционной борьбе с большим шансом для достижения радикальных социальных преобразований.
Но, повторюсь, такой тест не может быть предпринят без постоянной организации. Полагая, что пропаганды сегодняшней группы будет достаточно для этой революционной задачи, является иллюзией. Для того чтобы любая общественная организация играла роль, она должна быть известна народным массам, прежде чем революционный процесс начнет свой курс.
Итак, вместо того, чтобы тратить свое время, отвергая лево, право и центр, я считаю, что анархисты лучше бы сконцентрировались на борьбе с тем, чего они не хотят и предлагали что-то реально рабочее вместо того, чтобы отвергать. Тогда, и только тогда анархисты будут иметь возможность рассчитывать с полным основанием выполнять ту роль, которую они берут на себя, то есть «бдительность хранителей свободы против власти и против тирании большинства, если оно возникает».
К сожалению, то, как обстоят дела анархизма, он является сильным только в своей философии. Ему не хватает практических средств. Он не может проявить себя полностью даже во время революции, и те спонтанные движения с анархистским духом, которые появляются, кажется, в глазах широких масс, являются просто отчаянными попытками. И это приводит к созданию в анархизме ещё более трагического положения.
Вы спросите, как я представляю себе роль анархистов до и во время революции, относительно вашей точки зрения, изложенной в вашем ответе. В качестве ответа я хотел бы сказать, что я, в общем, согласен с вами, что касается роли, которую мы должны играть; но я считаю, что такую роль можно играть успешно, только когда наша партия идеологически однородна и едина с точки зрения тактики, а это не так в настоящее время. Опыт учит нас, что анархическое действие в широком масштабе достигнет своей цели, только если оно обладает четкой организационной базой, вдохновением и руководствуется принципом коллективной ответственности своих бойцов.
«Как вы собираетесь вести массы?», спросите вы. В ответ я бы сказал, что в ходе событий каждое общественное движение, в особенности всякое революционное движение широких народных масс, должно сформулировать ряд предложений, призванных помочь достигнуть намеченной цели. Массы слишком неоднородны, чтобы быть в состоянии сделать это. Только идеологические группы с четко определенной политикой способны управлять этим процессом, особенно к началу революции. Только они смогут бросить достаточно света на события и четко определить бессознательные желания масс и показать пример через действия и слова. Именно по этой причине наша партия должна, на мой взгляд, четко заявить о своем политическом единстве и организационном характере. В области практических достижений автономные анархистские группы должны быть в состоянии справиться с каждой новой ситуацией, которая представляет собой проблемы, требующие решения и ответы, без колебаний и без изменения целей и духа анархизма.

С братским приветом, Нестор Махно.