Дубовик (А.В.Дубовик) Эрнесто Че Гевара и анархисты Кубы

"РЕВОЛЮЦИЯ НЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ, БОРЬБА ПРОДОЛЖАЕТСЯ!"




Дубовик

(А.В.Дубовик)


Эрнесто Че Гевара и анархисты Кубы

(почти все нижеприведенные факты взяты из статьи легендарного анархо-синдикалиста Августина Сухи (А. Сухи. Кубинские анархисты и диктатура Кастро. // Экоанархист. Москва. 1993. № 1)

http://www.makhno.ru/forum/archive/index.php/t-24.html



Анархизм на Кубе появился после 1880, когда сюда начали ссылать испанских анархистов (Куба была колонией Испании). Движение развивалось не слишком быстрыми темпами, пережило период подполья и жестоких репрессий в 1920-1930-х, но к 1944, когда была создана единая для всех анархистов острова «Либертарная ассоциация Кубы», анархисты были довольно многочисленны, действовали во всех районах страны, и имели достаточно сильную поддержку среди рабочих, безземельных крестьян, студенчества.

Военный путч генерала Батисты в 1952 привел к запрету анархический организаций и прессы и уходу анархистов в подполье. С этого времени на Кубе начинается партизанское движение, в котором анархисты играли довольно важную роль. Действовали отряды, состоявшие только из анархистов, - самым крупным из них был отряд Камило Сьенфуэгоса, чья популярность среди кубинцев уступала лишь Че и Фиделю Кастро (хотя сам Че присоединился к партизанам лишь в декабре 1956); анархисты входили также в отряды под руководством братьев Кастро и другие, иногда занимая даже командирские должности. О популярности анархизма среди повстанцев свидетельствует и распространение символики: повстанцы из «Движения 26 июля» (день первого вооруженного выступления против Батисты, - штурм казармы Монкадо 26 июля 1953) носили черно-красные нарукавные повязки.

1 января 1959 повстанцы взяли Гавану, - город штурмовали две колонны партизан под командованием Че и анархиста Сьенфуэгоса. Батиста был свергнут, гражданская война на Кубе закончилась. К власти пришло правительство, в котором играли важнейшую роль левые националисты братья Кастро и коммунист Че Гевара; поскольку Кастро нуждались в международной поддержке против угрозы из США, они вместе с Че организовали компартию и, как это тогда называлось, заявили о том, что Куба «встала на социалистический путь развития». Для Кастро это был выгодный стратегический ход (как видим, с их точки зрения он себя полностью оправдал, потому что США не рискнули воевать с Кубой, ставшей союзницей СССР), а для Че – реализацией его собственных убеждений, убеждений сторонника государственного, читай – казарменно-принудительного «социализма». Для начала Че был назначен чрезвычайным послом (фактически – министром иностранных дел) с правами вице-премьера, а в октябре 1959 стал руководителем «Национального института аграрной реформы».

Тем временем, кубинские анархисты, всерьез воспринявшие свержение диктатуры Батисты как свободу, попытались реализовать свою анархо-коммунистическую программу или хотя бы ее элементы. В разных районах страны создавались коллективные предприятия и кооперативы, налаживавшие между собой прямой обмен своей продукцией; среди крестьян велась агитация за создание коллективных сельскохозяйственных предприятий и коммун. Созданные анархистами синдикаты (профсоюзы) объединяли многие тысячи рабочих. На Кубу прибывали анархисты из других стран, прежде всего из испаноязычной Латинской Америки (тогда же на Кубе оказался и Августин Сухи).

Разумеется, кубинскому правительству все эти процессы не нравились, и анархисты уже с лета 1959 испытывали на себе давление «коммунистической» власти. Команданте Камило Сьенфуэгос таинственным образом погиб в авиационной катастрофе, - и анархисты были уверены в том, что это было организованным Кастро убийством. Начались преследования анархической прессы, которая за 1959-1960 потеряла возможность легально издаваться и распространяться. Критика правительства была объявлена контрреволюцией со всеми вытекающими последствиями, - обысками, увольнениями с занесением в «черный список», арестами. Разумеется, анархисты возлагали ответственность за эти преследования не только на Фиделя, но и на Че, который был не просто одной из ключевых фигур в кубинском правительстве, но и главным сторонником, идеологом и «толкачем» государственно-социалистических преобразований. Кастро, не обладавший «коммунистическим» прошлым и «коммунистическими» убеждениями, лишь под давлением большого друга Советского Союза Че Гевары проводил ту политику, которая и привела в итоге к «социализму по-кубински».

Впрочем, сам Че был не только идеологом, но и практиком. Как уже сказано выше, в октябре 1959 он стал директором «Национального института аграрной реформы», - не министром сельского хозяйства, а именно и совершенно официально руководителем «социалистических преобразований» в сельском хозяйстве. Уже через два месяца он официально заявил, что аграрная реформа на Кубе «в целом завершена». Что такое «аграрная реформа» для сторонников гос. социализма, - объяснять не требуется; отметим лишь, что Сталину для подобного завершения коллективизации в СССР потребовалось несколько лет и массовые репрессии против крестьянства. Че, как видим, справился за гораздо меньший срок, тем самым превзойдя Иосифа Виссарионыча. К сожалению, Сухи не сообщает никаких подробностей о том, как происходила коллективизация на Кубе, но зная историю этого процесса в СССР, мы можем догадываться о том, сколько противников «реформ», в том числе анархистов, было уничтожено направлявшимися твердой рукой легендарного команданте комиссарами.

Добившись «победы аграрной революции» (читай: разгромив выступавших против огосударствления сельского хозяйства группы и движения крестьян-анархистов), в начале 1960 Че получил назначение на пост главы Центрального банка. Это было не менее серьезно. Не я придумал сравнение денежной системы в государстве с кровеносной системой в организме, - а это сравнение очень точное. Появление во главе Центробанка главного и решительного сторонника госсоциализма могло означать лишь то, что кубинские лидеры готовятся к тотальному огосударствлению всего хозяйства.

Правительство Кастро в 1960 действительно начало проводить принудительные мероприятия в экономике и объявило об огосударствлении всех профсоюзов. В ответ на это анархо-синдикалистская «Либертарная ассоциация Кубы» в июне 1960 выпустила свой программный манифест, в котором протестовала против диктаторских мер Кастро, подавления свободы прессы, огосударствления профсоюзов, массовых арестов не принадлежащих к компартии революционеров, - все это было объявлено «предательством революции». Одновременно анархо-синдикалисты потребовали реорганизации экономики по тому образцу, что был сделан испанскими анархистами во время революции 1936-1939 гг. в Каталонии и Арагоне, отказа правительства от вмешательства в дела профсоюзов, коллективизированных предприятий и кооперативов. В манифесте говорилось: «Профсоюзы являются профессиональным органом рабочего класса в деле экономического преобразования общественного устройства; только они могут осуществить старое требование социалистов, согласно которому правительство должно быть заменено делегатами, осуществляющими лишь общее управление делами. Подчинение профсоюзов государству, напротив, означает измену революции». Анархисты также осудили милитаризацию Кубы, где Кастро впервые в истории острова ввел всеобщую воинскую повинность, и рост национализма: «Национализм и милитаризм идентичен нацистскому фашизму… Мы бы не стали бороться с диктатурой Батисты для того, чтобы установить новую диктатуру. Пока хотя бы один человек не свободен, не может быть свободным и общество».

Появление этого манифеста означало окончательный разрыв кубинских анархистов с «коммунистами» Кастро и Че. После этого всех анархистов власти стали рассматривать как «опасных контрреволюционеров», а репрессии усилились. Движение уходило в подполье, многие активисты эмигрировали.

Тем временем, правительство, очевидно, решило, что подготовка к проведению «социалистических преобразований» в экономике в целом уже завершена, и в начале 1961 года Че Гевара стал министром промышленности. Именно под его общим руководством происходило тотальное огосударствление на Кубе, превзошедшее все, что было до и после этого в СССР. Именно он отдавал указания «не впадать в гнилой либерализм» в разгроме всякой оппозиции в среде рабочего класса и населения в целом. Анархистская оппозиция в профсоюзах подверглась жесточайшим гонениям, попытки забастовок и другие формы протеста неизменно объяснялись «контрреволюционным саботажем», их зачинщики и руководители предавались суду, нередко выносившему смертные приговоры. Анархо-синдикалистское движение оказалось практически уничтожено, сотни анархистов были расстреляны или умерли в концлагерях, - а руководили репрессиями кубинские службы безопасности и министерство промышленности во главе с «пламенным революционером», идеологом, вдохновителем и мотором чисток и уничтожений, «товарищем» Эрнесто Че Геварой.


Но когда «мавр сделал свое дело», ему, как правило, указывают на дверь. В Советской России так поступили с «выметавшим старый хлам железной метлой» Троцким, на Кубе нечто подобное произошло с Че. Трещина в отношениях между ним и братьями Кастро появилась к 1963 году, - после окончания «Карибского кризиса». Тогда, не решившись на открытую конфронтацию с Америкой, СССР вывел свои ракетные установки с Кубы. Че, как бескомпромиссный противник всякого мира с империализмом, был в ярости: выступая вскоре на международной Афро-азиатской экономической конференции, он официально заявил, что «Советский Союз продает свою помощь народным революциям, исходя из эгоистической внешней политики, далекой от великих задач международного рабочего класса» (как и Троцкий до него, свои стремления Че рассматривал не более ни менее, как «задачи международного рабочего класса»!) Москва была шокирована; отличавшийся прирожденным реализмом в политике Фидель Кастро наскоро перестроился в сторонника «мирного сосуществования», и Че вдруг оказался белой вороной среди старых товарищей по революции. Популярность Гевары среди рядовых сторонников Кастро, а также в мире, была слишком велика, чтобы опасаться немедленного ареста, - но он, конечно, помнил о катастрофе, в которой совсем недавно погиб Камило Сьенфуэгос…

Известно, что в самом начале 1965 года Че и Фидель двое суток беседовали наедине. О чем говорили бывшие товарищи на этой последней встрече – видимо, никто уже не узнает. Но через несколько дней Гевара заявил об уходе со всех государственных и партийных постов и об отказе от кубинского гражданства, а затем исчез с Кубы. Его дальнейшая биография хорошо знакома всем почитателям и противникам: два года партизанской войны в Конго и в Боливии, поражения и распад партизанских движений, гибель в бою.

Разгромленный Че и Кастро кубинский анархизм с середины 1960-х годов оказался представлен лишь небольшими подпольными группами, которые время от времени – и до сих пор! – продолжают выявлять и уничтожать спецслужбы. «Либертарная ассоциация Кубы» существует и сегодня – в эмиграции; ее представители выступили на международном конгрессе анархистов в Париже в 1971 году, где выступили с разоблачениями тоталитарного режима и преступлений правительства Кастро и Че Гевары. Надежда кубинцев на то, что конгресс поддержит своих преследуемых товарищей, к сожалению, не оправдалась: среди делегатов нашлись поклонники харизматично-фотогеничного латиноса, обвинившие кубинских анархистов в… «предательстве революции» и «сотрудничестве с ЦРУ». Громче всех кричал об этом печально знаменитый вождь Парижского Мая-1968 Даниэль Кон-Бендит, «Рыжий Дани», в те годы называвший себя анархистом, а ныне давно уже ставший респектабельным германским политиком.


В общем, анархистам стоит оставить Че там, где он присутствует сейчас: на маечках-футболочках, на значочках-наклеечках, рядом с такими же культовыми поп-персонажами Рони Макдональдсом, Человеком-Пауком и прочими хоббитами-Гэндальфами. К нам он не имеет никакого отношения.